Дополнительное меню

Кинематографическая практика
С. Эйзенштейн
Сцена
Зримое отсутствие
Условность
Голос за кадром
Немой разговор
Структура фильма
На экране
Экран
Время
Словесное обобщение
Новые возможности
«Фотографичность» звука
Звуковая атмосфера
Принципы
Музыка
Кинозритель
Исследователи творчества
Становление киноискусства
Подвижность границ
Иллюзия достоверности
Возражения
Условность логики
Немой кинематограф
Живое слово
Звуковой экран
Немой образ
Классическая комедия
Монтажные листы
Единство места
Специфическая условность
Специфические требования
Современные кинорежиссеры
Практика и принципы
Неудовлетворенность
Внутренняя условность
Крайняя условность
Сюжетная часть
Следствия
Форсирование
Кинематографический язык
Ракурс видения
Форма и тип
Мастерство режиссера
Молчание в фильме
Художественная композиция Печать E-mail
Автор Administrator   
20.11.2008 г.
И. Ростовцев в своей монографии «Броненосец «Потемкин» отмечает, что даже в изобразительно-композиционном решении образа броненосца есть своя драматургия, что «корабль входит в события в качестве самостоятельного персонажа со своей драматургической линией». И в самом деле, как по-разному изобразительно предстает перед нами броненосец в начале фильма (корабль-тюрьма, в котором томятся отрезанные от мира матросы) и мятежный броненосец после восстания— образ-символ плавучей крепости революции. Любопытно, что, анализируя в 938 году композицию «Потемкина», Эйзенштейн находит и подчеркивает в ней именно те драматургические принципы, которые теоретически в 925 году им декларативно отвергались. Классическую простоту «Потемкина» сам Эйзенштейн вынужден был объяснять основанием драматургическим.
Приведенные выше соображения о значении драматургического начала для кинематографической формы могут показаться весьма тривиальными и очевидными. Действительно, сказать, что композиционная цельность обеспечивается подчинением всех элементов фильма замыслу, драматической согласованности, конечно, далеко еще не достаточно. Подчинение это не прямое, не логическое в узком и строгом смысле этого слова. И оно отнюдь не означает, что вначале-де — замысел как некая общая идея, а кино начинается потом.
Нет, кинематограф начинается сразу.
Художественная композиция, как уже отмечалось, прежде всего требует своего особого подчинения и сцепления, своего особого художественного плана как новой условно-сокращенной редакции жизненного явления, претворенного в собственных средствах искусства. Идея в искусстве сразу же и идея художественная. Недаром Пушкин писал, что один лишь план «Божественной комедии» Данте есть уже создание художественного гения. Художественная мысль, предопределяющая композицию, рождается в одно и то же время с ее «инструментовкой» и выходит в свет уже оснащенная «техникой» выражения.
Последнее обновление ( 20.11.2008 г. )
 
« Пред.   След. »