|
Автор Administrator
|
|
20.11.2008 г. |
Новые возможности широкоформатного кинематографа позволили вести действие сразу в двух временных аспектах в рамках одного кадра, то есть двойного, параллельного действия, — в настоящем и прошлом. Художественный эффект, достигаемый мОнтажно-Временными сдвигами в композиции фильма или эпизода, а иногда и в пределах одного кадра, их зрительная конкретность и емкость, очевидно, доступны лишь средствам кинематографической условности.
Много писалось о том, как в классическом эпизоде Одесской лестницы «Потемкина» время расчленяется, растягивается, укрупняется. Лестница как бы разъединяется на части не только пространственные, но и временные. Движение действия анализируется во временных деталях: мать с убитым ребенком на руках, коляска с младенцем, женщина с разбитым пенсне, шеренга солдатских сапог, ружья наперевес, старики, женщины, тела убитых... В этой смене разнородных кадров мы действительно проникаем в само движение времени, расширяя и укрупняя его детали-моменты.
Если в первый период развития кино крупный план был обобщающим средством в области пластическо-пространствен-ных построений, то В. Пудовкин вслед за Л. Кулешовым и С. Эйзенштейном ищет и утверждает крупный план в построениях временных, останавливая на какие-то мгновения непосредственно само движение, открывая перед зрителем возможность рассмотреть его течение, уловить в нем те необходимые для художественной задачи фильма мельчайшие черты и нюансы, которые неощутимы для обычного наблюдения. Так, например, в «Простом случае» В. Пудовкин задерживает наше внимание на начале улыбки человека, когда «смеялись только глаза, а губы еще не начинали улыбаться.. .»
|
|
Последнее обновление ( 20.11.2008 г. )
|
